logo

МИССИОНЕРСКИЙ ОТДЕЛ



рисунок "Битва с татарами"

ПРАВДА О ПОЛОЖЕНИИ ХРИСТИАН В КРЫМУ ВО ВРЕМЯ ТУРЕЦКО-ТАТАРСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА


Побудительной причиной данной публикации стали две статьи напечатанные в центральном печатном промеджлисовском органе «Голос Крыма»: Эдема Дудакова «Мы должны обрести понимание ответственности» (№ 9 от 28 февраля 2003 года) и профессора Айдын Шемьи-Заде из Москвы в рубрике «Информационная война» «Мир должен знать правду о ситуации в Крыму» (№ 20 от 13 мая 2005 года). В них много спорных и не соответствующих исторической правде утверждений. В первой статье, в частности, декларируется, что «Бахчисарай, будучи столицей Крымского ханства, за всю свою 300-летнюю историю не знал серьезных межрелигиозных потрясений. Пример тому - процветающие христианские и караимские храмы… и государственная пропорциональная помощь всем религиозным общинам». Во второй публикации ее автор в достаточно грубой форме заявляет: «чтобы был понятен нынешний менталитет крымских татар, напомню тем,… кому недосуг заглянуть на страницы исторических фолиантов, тем, кто кормится «исторической информацией» из рук новых шовинистов-черносотенцев, что христиане… на протяжении веков чувствовали себя в Крымском ханстве уважаемыми и защищенными… Кто интересуется этим вопросом может почитать об этом: 1. Ф.Хартахай. Христианство в Крыму. Симферополь,1898 г. 2. Ю. Кулаковский. Прошлое Тавриды. Киев, 1914 г. 3. А.Маркевич. Таврический церковнообщинный вестник. 1910г.,№ 10».
Что ж, прислушаемся к доброму совету уважаемого профессора Айдын Шемьи-Заде и обратимся к трудам авторитетных историков, где одновременно проверим правдивость заявлений вышеназванных авторов по поводу благополучного положения христиан в Крымском ханстве.
В предлагаемых ниже выдержках из статьи известного ученого А.И. Маркевича(1) «К вопросу о положении христиан в Крыму во время татарского владычества», опубликованной в Таврическом церковно-общественном вестнике (1910г. № 10 и 11), а также из других первоисточников, исторические факты и достоверные сведения очевидцев о том, КАК «ПРОЦВЕТАЛИ» ХРИСТИАНСКИЕ ХРАМЫ И ЖИЛИ ХРИСТИАНЕ В КРЫМУ В ПЕРИОД ТУРЕЦКО-ТАТАРСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА.

«…ПРИ МАЛЕЙШЕМ ПОВОДЕ…»

Отношение татар к христианам было высокомерно-презрительное; веротерпимость их состояла только в том, что они терпели христиан. Но веротерпимые в мирное время, татары беспощадно относились к христианским святыням во время военных действий, под влиянием фанатизма и диких инстинктов победителя над более слабым неприятелем. Христиане в Крыму были элементом, лишенным всякой самостоятельности, угнетенным, - татары были политически властны и сильны… при малейшем поводе, например, нежелании говорить по-татарски, татары жгли церкви христиан, разоряли монастыри, уничтожали иконы и книги. Монастыри и храмы были по несколько раз разоряемы и сожигаемы. Христиане уходили в лесные дебри, горные трущобы, устраивали храмы в пещерах». На христианских могильных камнях «часто встречается надпись: «зарезан раб Божий».

ОБ ИСТИННОМ ПОЛОЖЕНИИ ХРИСТИАНСКИХ ХРАМОВ И МОНАСТЫРЕЙ В КРЫМУ
В ПЕРИОД ТУРЕЦКО-ТАТАРСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА


«В пример веротерпимости татар приводится обыкновенно почтение к Бахчисарайской христианской святыне хана Хаджи Девлет Гирея; но этот действительно веротерпимый хан вырос в Литве и помнил, несомненно, впечатления детства и юности. С другой стороны, почтение татар к Бахчисарайской святыне, о чем говорит и польский писатель начала XVI в. Матвей из Мехова и русский писатель XVII в. Андрей Лызлов, было исключительным, и ханы посылали ей воск на свечи, быть может, в память о своем благочестивом предке. Но в общем положение христианства в Крыму в это время было крайне печально. По словам Броневского(2), многие татарские мечети переделаны были из христианских церквей, а гробницы ханов – из христианских памятников. В Мангупе, скудно населенном греками, татарами и караимами, Броневский (в 1578 г.) видел только две церкви, из которых одна была «совершенно ничтожная». В таком же опустении был Черкес-Кермен, где (собственно в Эски-Кермене) Броневский видел развалины великолепного храма «с мраморными и серпентинными колоннами». Херсонес совершенно опустел, и Броневский видел в нем одни развалины, «достойные удивления башни», остатки водопровода. Большой храм стоял без крыши; оставался один греческий монастырь. В Инкермане храмы были заброшены, и он был необитаем. Существовал еще Георгиевский монастырь, куда стекалось население в годовой храмовой праздник.
С удивлением говорит Броневский о множестве виденных им разрушенных церквей в окрестностях Судака, но такое же множество разрушенных храмов было по всему побережью Крыма и в горной ее части; остатки многих из них сохранились и до нашего времени.
Такую же печальную картину состояния христианства в Тавриде, какую дал нам Броневский, с трогательным простодушием рисует русский священник Иаков, бывший в 1634 – 35 гг. с посланником Дворениновым (3). Посетив Инкерман, он подробно описывает виденную им там пещерную церковь, уже разоренную и оставленную, стенную роспись в ней, разрушенный алтарь и нетленные мощи в гробнице, обнаженные татарами, не сколько раз уносившими их отсюда «с великой яростью», закапывавшими и выбрасывавшими их из окон пещеры. Но мощи чудесным образом возвращались на прежнее место, и татары оставили их в покое, а жившие вблизи греки и армяне по пятницам и воскресеньям приходили на поклонение мощам, возжигая свечи, воскуряли фимиам. Священник Иаков омыл и очистил мощи (ночью, «татарского ради зазору»), одел их саваном и покровом. Между прочим, он видел здесь живших в пещерах русских полоняников, из которых Максим Новосилец жил в плену уже тридцать два года, а белорусец Василий Хромой сорок лет. Последний говорил священнику Иакову, что видел эти мощи еще целыми, в одежде, покрытыми черным бархатом, но имени святого никто из местных жителей, греков и полоняников, не знал, «а запустело де то место и благочестие изсякло после царяградского взятья (4), лет с десять спустя». Священник Иаков говорит и о других пещерных храмах Крыма, как о разоренных уже татарами: «а по горцам (горам) многие христианские церкви разорены ж, а промеж гор живут армен и христиан много, но от насилия татарского благочестие изсякло». В иных пещерах жили еще греки, а другие были пустыми. Далее он сообщает: «в Перекопи была церковь христианская (т.е. греческая) весьма чюдна и велика, ныне же сделана костелом; в Козлеве (Евпатории) церкви соборная христианская, зело велика и украшена, сделана мечетью; в Бахчисараех, где царь живет, христианскаяж церкви велика и высока сделана мечетью, царь ходит в нее по своей вере молится. Искиюрт, от Бахчисараев с версту, церкви зело велика и украшена велми была, ныне же сделана мечетью, а кладутся в ней крымские цари и царевичи… Около тех мест многие христианские церкви, иные разореныж, а в иных службы совершаются и до днесь от Грек». Херсонес в это время был в таком запустении, что память о нем совсем заглохла; И Мартин Броневский и наш священник Иаков, как в последствии Одерико (1792 г.), высказывали предположение о тождестве этого города с Кафой, удивлявшей своими стенами, башнями и множеством больших и богатых церквей».

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОМОЩЬ ХРИСТИАНСКИМ ХРАМАМ И МОНАСТЫРЯМ
ТУРЕЦКО-ТАТАРСКОЙ ВЛАСТЬЮ В КРЫМУ НЕ ПРЕДОСТАВЛЯЛАСЬ


«Главной опорой обессиленного христианства в Крыму был Бахчисарайский скит с иконою Божией Матери, находившийся, что особенно замечательно, в самом центре магометанства. Но и он очень бедствовал и посылал частые просьбы о пожертвованиях в другие страны. В XVI в. при Московском царе Феодоре Иоанновиче давалось ему по 15 рублей в год «руги». В 1681 году «ктитор греческого монастыря в Бахчисарае на Солончуке» просил государя Московского «о призрении оной церкви денежным жалованьем». Постоянное «жалованье и ругу» от Московских государей, судя по грамоте царя Бориса Годунова, имели и другие церкви в Крыму: св. Феодора Стратилата, свв. Георгия и Михаила. Бедствовали монастыри Вайлейский (ныне Качикальен), Биасальский и др.
В таком же жалком положении был и Георгиевский монастырь, что видно, например, из прошения митрополита Серафима 1637 г. к царю Михаилу Феодоровичу с жалобой на разорения со стороны татар и просьбой о милостыне, ризах, церковных сосудах. В Московском отделении архива главного штаба имеется дело 1775 г. «о назначении содержания четырем греческим митрополитам в Керчи».

«…ПОРАЖАЮТ УБОЖЕСТВОМ…»


«Христиане сплотились в тесные общины, епископы были и высшими пастырями их, и советниками, и судьями. Число церквей постепенно уменьшалось, и остатки и развалины их, а также немногие сохранившиеся до сих пор в целом виде поражают и своими небольшими размерами и убожеством. Это скорее каменные хижины…Никаких драгоценных предметов утвари церковной до нас не дошло, да их и не могло быть в татарскую эпоху. Священные сосуды и другие священные предметы делались из железа и красной меди; вместо подсвечников употреблялись высокие каменные колонки с плоским верхом, на которые ставились лампадки и свечи, изготовлявшиеся прихожанами. Покойники погребались вокруг храмов, священнослужители у алтарей».
«Чтобы показать в каком жалком состоянии находилось в XVIII в. христианство, достаточно указать на его церкви. Вот их внешняя форма и величина: церковь св. Николая (в Феодосийском уезде) имела: вышины З саж. 1 ? арш.(5); ширины: 6 саж. 2 арш.; длины 7 саж. 1 ? арш., монастырь св. Георгия (близ самой Феодосии) имел: вышины 2 саж., ширины 3 саж., длины 3 саж. 2 арш.; во имя св.Ильи: вышины 1 саж. 2 арш., ширины 2 саж.., длины 4 саж. 1 ? арш.; церковь Феодора Стратилата имела: ширины 2 саж. 1 ? арш., длины 4 саж. Эти церкви были конечно полным выражением их (христиан – авт.) материального быта и религиозного чувства»(6)

 
назад 1 далее

Крымская Лавра ©2007-2014


webmaster